yurist 77 logo2

Юридические услуги, консультация: +7(968) 478 11 45

Унификация толкования норм судебными органами

Способы преодоления различий в толковании норм права с учетом, что сама опасность возникновения разночтений практически неустранима, связаны с двумя основными направлениями деятельности. Первое направление — совершенствование законодательства, прежде всего формы нормативных актов по недопущению неясностей, двусмыслен­ностей и логических противоречий, которые выявляются в процессе судеб­ной практики.

 Второе направление — формирование мер ответственности судейского со­става за неправильное применение норм права, связанное именно с толкованием.

Совершенствование законодательства и судебная практика

Прежде всего, надо отметить, что сами правила толкования норматив­ных актов не имеют законодательной регламентации и существуют лишь в работах ученых, занимающихся проблемами юридического толкования. Не­обходимо на законодательном уровне определить правила толкования, кото­рым должны следовать правоприменитель, и в частности судьи.

Совершенствование юридической техники и устранение неточностей и двусмысленностей, содержащихся в законах, должны быть связаны с самой судебной практикой, при которой обнаруживаются данные недостатки пра­вовых актов. Эти недостатки не всегда являются следствием некомпетентно­сти законодателя. Живой доступный язык в условиях современной культур­ной полифонии подвержен многосмысленности. Формализация же языка, ко­торый используется при законотворчестве, может ограничить не только многосмысленность, но и доступность закона для широких слоев населения.

Судебная практика служит наилучшим индикатором неоднозначности или даже противоречивости нормативных актов. При отмене решения в связи с неправильным применением норм права вышестоящие судебные инстанции в своих постановлениях аргументируют те основания, по которым норма права была неправильно применена. Однако, как правило, идет пересмотр решения по конкретному делу вышестоящей судебной инстанцией, а сама норма не подвергается анализу на однозначность и непротиворечивость. То есть не рассматривается вариант толкования нормы права, который исполь­зовался при вынесении решения, а главное обоснованность такого толкова­ния. Различная интерпретация всегда возможна, если языковое прочтение текста нормативного акта допускает толкование, не противоречащее законам логики. Единственная возможность устранения разночтений — это закрепле­ние определенного варианта толкования на законодательном уровне.

Унификация имеет место в Российской Федерации, однако, не на зако­нодательном уровне, а на уровне обобщения судебной практики Верховным и Высшим арбитражным судами во время их совместных или раздельных Пле­нумов. Однако вопрос о статусе постановлений Пленумов Верховного и Выс­шего Арбитражного Судов является дискуссионным. По мнению некоторых исследователей, интерпретационные акты Верховного и Высшего Арбитраж­ного Судов не являются нормативными актами, а лишь актами толкования.

По мнению А. Ф. Черданцева, постановления высших судебных ин­станций не обязательны для суда в тех случаях, когда он считает, что в по­становлении явно неправильно истолкован нормативный акт, который по своей юридической силе выше данного постановления. Можно говорить о социологическом понимании права, при котором само поведение субъектов правоотношения формирует действенность тех или иных норм. Действи­тельно, как в случае с отменой решения вышестоящей инстанцией, велика вероятность, что при наличии в постановлении пленумов Верховного или Высшего Арбитражного Судов определенного варианта толкования нижестоящие суды будут придерживаться именно этого варианта. Однако это будет уже вопрос факта, а не права, поскольку судья имеет полномочия действовать по своему усмотрению на основании закона. Фактически это действие того же субординационного принципа, который недостаточен для унификации толкования. Для общеобязательности толкования, установлен­ного в постановлениях Пленумов Верховного и Высшего Арбитражного Судов, необходимо, чтобы это было установлено законодательно. Но тогда Верховный и Высший арбитражный суды действительно принимают на себя некоторые законодательные функции. Такой вариант не является категори­чески неприемлемым, как нарушающий принцип разделения властей (Кон­ституционный Суд фактически наделен таким правом, что не считается на­рушением данного принципа). В странах романо-германской правовой сис­темы, где не принято прецедентное право, некоторые решения высших су­дебных инстанций фактически приравнены к закону. Как пишет Р. Давид: «Правотворческая роль судебной практики официально признана в Испа­нии, где существует понятие "doctrina legal". В этой стране обжалование судебных решений в Верховный Суд допускается, согласно закону, в слу­чае, если в них нарушена "doctrina legal"', имеется в виду судебная практи­ка, основанная на ряде решений Верховного суда». За повышение норма­тивной роли судебной практики выступают некоторые российские ученые. Например, Н. П. Марченко предлагает официально признать за ней статус источника права.

Предпочтителен вариант, не ставящий под вопрос принцип разделения властей. Он заключается в том, что конфликт толкования, связанный с тек­стом нормы, разрешают сами законодатели. В принципе это возможно и на данный момент, однако оперативности и нормативной регламентации явно недостаточно.

Необходимо законодательно закрепить положение, чтобы при возникновении спорных вопросов была обязанность обращения в законодательный орган, принявший данный акт для принятия решения о том, какое содержа­ние нормативного акта является правильным. Обращение может исходить от судебных органов или иных компетентных органов, занимающихся вопроса­ми соблюдения закона.

Целесообразно создание специализированного органа в структуре Ми­нистерства юстиции, который будет отслеживать правоприменительную практику, прежде всего судебную, на случай выявления смысловой неопре­деленности или противоречий в правовых актах. После выявления таких слу­чаев с соответствующим заключением данный орган обращается к законода­тельному собранию, принявшему правовой акт, и оно в определенный срок должно устранить правовую неопределенность.

Процедура устранения причин различного толкования не достаточно разработана в Российской Федерации, в том числе из-за недооценки самой возможности бесконечной интерпретации, которая довольна хорошо изучена философскими дисциплинами, занимающимися проблемами языка и герме­невтики. Однако юриспруденция имеет аппарат преодоления этой «дурной бесконечности интерпретации» путем введения законодательного ограниче­ния и выделения приоритетного толкования, которое и будет являться пра­вильным. Именно законодательная реакция на проблему возникновения раз­личий интерпретации способна если и не решить полностью данную пробле­му, то значительно ограничит сферу, где она может возникнуть.

Частный юрист в Москве: составление и подача документов, представительство в суде, исполнение решения суда, выезд к клиенту.

Процедура устранения возможности различного толкования должна носить значительно менее субъективный характер, чем судебные постанов­ления по отмене решений судов нижестоящих инстанций. В данном случае те органы, которые обязаны подавать материалы о возникновении смысло­вой неопределенности в правовом акте, будут ограничены, прежде всего, правилами языка и логическими законами. Соображения правовой целесо­образности, которые при судебных решениях иногда выходят на первый план, здесь не должны иметь первостепенное значение. В конечном итоге законодательный орган должен решить, какая из интерпретаций и будет правильной.

Также необходимо отметить, что само неправильное применение норм не считается в судебной практике экстренным случаем. Одна из причин это­го — негласно установившееся мнение среди правоприменителей, что нор­ма права может быть прочитана различным образом, сделаны различные акценты, следовательно, нельзя судью наказывать за его личное мнение при интерпретации закона. Исходя из такого понимания добросовестного толко­вания судьями норм права, получается, что унифицировать результаты ин­терпретационной деятельности не представляется возможным. Данная си­туация действительно неустранима, если существует норма, которая допус­кает различие в толковании, а также если существует безнаказанность су­дей, которые толкуют нормы права руководствуясь только собственными соображениями. В случае неоднозначности самого правового акта нет ника­ких ограничений для интерпретации нормы судьей, исходя из того или ино­го значения. Однако ситуация меняется, когда смысловая многозначность нормы устранена законодательно и установлено некое приоритетное толко­вание, которое в условиях российской правовой системы только и может считаться законным. В этом случае любое отклонение от законодателем ус­тановленного толкования может рассматриваться как незаконное. При до­пущении его судом необходимо применять серьезные санкции, вплоть до лишения судьи его статуса.

На данный момент в Российской Федерации не существует действен­ного метода пресечения судебных нарушений, связанных с толкованием норм права. Прежде всего, обособленная система властных органов может надежно контролироваться, только имея независимые центры контроля. В российской судебной системе контроль за деятельностью судей осуществля­ют сами судьи, поскольку согласно федеральному закону «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» от 14 марта 2002 приостанавли­вают или прекращают полномочия судьи исключительно Высшая квалифи­кационная коллегия судей Российской Федерации или квалификационные коллегии субъектов федерации, большинство членов которых формируется из самих представителей судейского сообщества. Причем судебное решение понимается здесь в широком смысле, как любой акт применения права к кон­кретным жизненным обстоятельствам, оформленный в установленном про­цессуальном порядке. Таким образом, приговоры, постановления и опреде­ления судебных инстанций рассматриваются также в качестве решений.

Даже если выявлены явные нарушения судьей законодательства, кото­рые влекут уголовную ответственность, правоохранительные органы могут привлечь судью к ответственности исключительно с согласия квалификаци­онной коллегии.

С одной стороны, это оправдано самим статусом судебной власти, кото­рая независима от иных ветвей государственной власти. С другой стороны, возможно возникновение так называемой «корпоративной солидарности» су­дейского сообщества, что негативно сказывается на соблюдении судьями принципа законности. Что же касается неправильного толкования, то это от­носят к компетентности судьи, и вопрос о нарушении закона обычно не стоит. Для контроля по соблюдению закона должны быть четкие критерии, при ка­ких условиях можно считать, что судья нарушил закон в процессе толкования. Необходимо разделить незаконное решение и неправильно истолкованное.

Квалификационная коллегия может принять решение по прекращению полномочий судьи согласно пункту 9 статьи 14 закона «О статусе судей в РФ» за совершение поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти. В принципе под этим может подра­зумеваться и принятие незаконного решения, однако в очень редких случаях неправильная интерпретация может послужить поводом для прекращения полномочий судьи. В том числе по причине расплывчатости понятия «незаконное решение» в российском законодательстве. В ситуации неопределен­ности критериев отличия неправильного толкования от незаконного решения возможно как отсутствие санкций к судьям, нарушающим закон, так и на­оборот злоупотребление при принятии санкций к добросовестным судьям, принимающим решение в соответствии с их убеждениями.

Выше говорилось о целесообразности создания специализированного органа, который отслеживал бы противоречия в судебных толкованиях, обу­словленных неоднозначностью смысла самого закона. Исходя из принципов однозначности и непротиворечивости, этот орган может выявлять случаи, ко­гда интерпретация судьей правовой нормы никак не соответствует тексту нормы или официальному толкованию, установленному законодательно, что и будет явным нарушением закона.

Целесообразно наделить данный орган правом представления в квали­фикационную коллегию информации о нарушении судьей закона, в виду принятия им решения при явном противоречии тексту закона, подлежащего применению. Независимый контроль повысит трудовую дисциплину и пра­вовую культуру судей, которые обязаны будут строже следить за соблюдени­ем закона. Неоднократное или грубое нарушение судьей закона, в том числе и связанное с толкованием, должно вести к прекращению его полномочий.

Вышеназванные меры должны обеспечить единообразность толкования и применение законов, тем самым повысив доверие общества к судебной вла­сти.


Нашли интересное? Оставьте ссылку в социальной сети!

delites v sotsialnykh setyakhЧитайте ещё больше интересных статей на нашем канале в Яндекс.Дзен


+7 (968) 478 11 45

  • Юридические услуги;
  • Запись к юристу/адвокату;
  • Бесплатная юридическая консультация по телефону;
  • Прочие юридические вопросы.

Напишите нам: admin@yurist-77.ru

Задайте интересующий Вас вопрос — напишите нам на вышеуказанный адрес электронной почты. В письме укажите контакты для связи.

Время работы