148x32 v1

Сравнительно-правовой анализ института особого порядка судебного разбирательства и схожих правовых институтов, применявшихся в России

Согласно ст. 314 УПК РФ, основополагающим условием для постановления приговора в особом порядке является заявление обвиняемого о его согласии с предъявленным обвинением. Действующий в настоящий момент правовой институт имеет определенные преимущества в сравнении с прошлыми формами упрощенных или сокращенных производств. Причем необходимо подчеркнуть, что необходимо именно согласие обвиняемого с предъявленным обвинением, а не признание вины, как, к примеру, в институте сделки о признании вины (plea bargain), применяемом в США и отличного от российского правового института.

Краткое изображение процессов или судебных тяжб от 30 марта 1716 г. гласит, что при получении признания вины и подтверждении пристойности этого признания- учинить приговор. Как отмечает И. В. Титовец, во времена Петра 1 собственное признание подсудимого признавалось безусловным доказательством.

Свод законов Российской империи 1832 г. в ст. 1180, 1181, 1182 новой редакции устанавливал, что «собственное признание подсудимого есть лучшее свидетельство всего света». Уставом уголовного судопроизводства 1864 г. при рассмотрении дел в окружных судах устанавливалось, что в случае если подсудимый признавал свою вину, ему задавались вопросы относительно обстоятельств преступления, в котором он обвиняется, и если признание подсудимого не вызывало никакого сомнения, то суд, не производя дальнейшего исследования, мог перейти к заключительным прениям.

В соответствии с ч. 1 ст. 282 УПК РСФСР 1923 г., если подсудимый соглашался с обстоятельствами, изложенными в обвинительном заключении, признавал правильным предъявленное ему обвинение и дал показания, суд мог не производить дальнейшего судебного следствия и перейти к выслушиванию прений сторон. Закрепленное в ст. 360-365 УПК РСФСР производство в дежурной камере народного суда также одним из условий к рассмотрению дела в дежурной камере (в ускоренном порядке) устанавливало признание обвиняемым вины.

Часть 2 ст. 446 УПК РСФСР 1960 г. позволяла производить в суде присяжных сокращенное судебное следствие при наличии полного признания вины всеми подсудимыми.

Ряд схожих по особому порядку правовых институтов тем не менее вообще не содержал обязательным условием для его применения признание обвиняемым вины или его согласие с предъявленным обвинением. После революции 1905 г. Минюстом России был подготовлен законопроект о сокращении сроков проведения следствия и судебного разбирательства дел о государственных преступлениях, по которым предусматривался особый порядок рассмотрения уголовных дел. 19 августа 1906 г. Николай II утвердил Положение о военно-полевых судах, которое предусматривало фактическое изъятие дел революционеров из введения обычных судебных инстанций и передачу их полевым судам, состоящим из офицеров и рассматривавшим дело не более чем за 48 часов. В схожем с особым порядком судебного разбирательства институте судебного приказа, введенном в Российской империи в 1912 г., согласие с обвинением и наказанием обвиняемый выражал не до вынесения приказа, а после - в недельный срок, по получении копии приказа, обвиняемый был вправе просить судью о судебном разбирательстве дела. В случае незаявления в указанный срок такой просьбы приказ приобретал значение вступившего в законную силу судебного приговора.

УПК РФ предельно четко определяет категории преступлений, по которым возможно применение процедуры особого порядка судебного разбирательства. В соответствии с ч. 1 ст. 314 УПК РФ, обвиняемый вправе ходатайствовать о рассмотрении дела в особом порядке исключительно по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное УК РФ, не превышает 10 лет лишения свободы. Схожие ограничения можно отметить лишь при применении упрощенной формы судебного разбирательства мировыми судьями, в порядке, установленном Уставом уголовного судопроизводства 1864 г., рассматривавшими уголовные дела, за которые могло быть назначено незначительное наказание (выговор, замечание, внушение, штраф до 300 руб., арест до трех месяцев или тюремное заключение на срок не более одного года), но в то же время в большей степени это было связано с видом суда, уполномоченного рассматривать указанные дела, в котором, соответственно, данная процедура была применима. Судебный приказ, введенный в Российской империи 15 июня 1912 г. Законом о местном суде, допускал особое упрощенное производство лишь для некоторых мелких проступков, влекущих по закону наказание не свыше денежного взыскания, или пени до 50 руб., или ареста до 15 дней.

УПК РФ законодательно закреплена инициатива обвиняемого на рассмотрение дела в особом порядке, что придает современному институту более высокий уровень диспозитивности. Ранее возможность применения процедур упрощения судебного разбирательства определялась как право суда, хотя, необходимо признать, чаще всего при наличии согласия участников процесса, однако их круг также различается. Так, в нормах Устава уголовного судопроизводства 1864 г. присутствовали дополнительные условия, исключающие возможность ускоренного рассмотрения дела: согласно ст. 682, судьи, присяжные, прокурор и участвующие в деле лица могут потребовать, несмотря на сделанное подсудимым признание, судебного исследования доказательств, и в таком случае суд приступает к рассмотрению и проверке доказательств. В соответствии с ч. 1 ст. 282 УПК РСФСР 1923 г., если подсудимый соглашался с обстоятельствами, изложенными в обвинительном заключении, суд мог не производить дальнейшего судебного следствия и перейти к выслушиванию прений сторон. Однако в случае какого-либо требования судей или сторон суд был обязан произвести судебное следствие, несмотря на наличие признания подсудимого. Тем не менее, впоследствии Постановлением второй сессии ВЦИК одиннадцатого созыва от 16 октября 1924 г. «О дополнениях и изменениях Уголовно-процессуального кодекса РСФСР» стороны лишились права требовать судебного следствия при несогласии с признанием подсудимого, а суд перестал быть обязанным их удовлетворять. Статья 446 УПК РСФСР устанавливала, что для ограничения объема судебного следствия все участники процесса должны быть согласны с отказом от его дальнейшего проведения. Под «участниками процесса» в данном случае понимался круг лиц, отстаивающих в уголовном деле собственный или представляемый интерес. Но если кто-либо из участников процесса настаивает на исследовании некоторых доказательств, судья не вправе ему отказать. Такое требование стороны не нуждается в обосновании. Особый порядок судебного разбирательства, установленный УПК РФ, сузил круг лиц, выражающих свое согласие на применение особого порядка, до государственного (или частного) обвинителя и потерпевшего. Таким образом, предоставив право ограничить возможность для обвиняемого смягчить свою участь только волей тех лиц, интересы и права которых действительно могут быть затронуты или ограничены особым порядком судебного разбирательства. Статья 317 УПК РФ прямо указывает на невозможность обжалования вынесенного приговора в кассационном порядке по основанию несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции. Никаких ограничений для обжалования приговоров для действовавших ранее упрощенных процедур предусмотрено не было.

Изложенные выше примеры отражают лишь самые основные отличия особого порядка судебного разбирательства от схожих правовых институтов, присутствовавших в истории российского права. Тем не менее, они способны свидетельствовать, что особый порядок судебного разбирательства являет собой достойный пример становления и прогрессивного развития рассматриваемого института в современной России.