148x32 v1

Нормативно-правовое регулирование договора финансовой аренды (лизинга)

Надежное правовое обеспечение лизинговых отношений - гарантия и залог успешного развития лизингового бизнеса. Правовая же неопределенность отношений с партнерами, а в ряде случаев незащищенность, как лизингодателей, так и лизингополучателей резко увеличивают степень риска лизинговых сделок и являются причиной, сдерживающей предпринимательскую инициативу. В соответствии с законодательством большинства развитых стран передача в аренду машин и оборудования на условиях лизинга до недавнего времени регулировалась общими нормами, определяющими отношения сторон при передаче имущества во временное пользование. При этом в нормативных актах отсутствовала терминологическая определенность и однозначность.

 

В последнее время в гражданском праве ряда зарубежных стран даны юридические определения лизинга и отдельных его видов, а в некоторых приняты соответствующие законодательные акты. По уровню правового обеспечения лизинговых отношений можно выделить три основные группы стран:

  • имеющие специальные законы, которые регулируют лизинговые сделки (континентальные страны Западной Европы: Франция, Бельгия, Италия);
  • имеющие специальные подзаконные акты (страны "общего права" - Англия, Австралия, Новая Зеландия);
  • не имеющие специального законодательства (США, Германия).

Для законов, принятых в странах первой группы, характерно то, что в них регламентируются взаимоотношения не только между основными партнерами (лизингодателем и лизингополучателем), но и  между лизинговой компанией и поставщиком, т.е. весь комплекс трехсторонних имущественных отношений, возникающих при лизинге.

Во второй группе стран правовое регулирование  лизинга осуществляется в зависимости от стоимости имущества, передаваемого во временное пользование, и от субъектов лизингового соглашения. Например, в законодательной практике Англии при условии, что стоимость предмета лизинга не превышает 2000 фунтов стерлингов, а пользователем является юридическое лицо, применяются нормы закона об аренде-продаже 1965 года. Все остальные случаи, не подпадающие под эти условия, регламентируются нормами "общего права".

В странах третьей группы применительно к лизинговым сделкам широкое использование находят также общие положения гражданского и торгового права. Долгое время Российская Федерация относилась к числу стран, не имеющих специального законодательства по урегулированию лизинговых отношений. Отечественное законодательство о лизинге складывалось последние 10-12 лет, и в настоящее время представляет собой комплекс актов (как публичного, так и частного права), который можно собирательно назвать «законодательством о лизинге». Это несколько десятков актов гражданского и финансового права, которые можно представить в следующей иерархии.

  • Международные соглашения;
  • Законодательные акты (Общий закон и ряд специальных законодательных актов);
  • Подзаконные нормативные акты (Указы Президента РФ и Постановления Правительства РФ);
  • Ведомственные нормативные акты.

До 1996 года в соответствии с российским гражданским правом лизинговые операции могли проводиться в качестве сделок "хотя и не предусмотренных законом, но и не противоречащих ему" (ст. 4 ГК РСФСР 1964 года). Наличие в финансовой аренде элементов договора купли-продажи и имущественного найма делало возможным применение по аналогии (ст. 10 ГК РСФСР, ст. 6 ГК РФ) норм, регулирующих упомянутые виды договоров.

Первым актом правового регулирования лизинговых отношений стал Указ Президента Российской Федерации от 17 сентября 1994 года "О развитии финансового лизинга в инвестиционной деятельности", носивший во многом порученческий характер. Указ содержал некоторые спорные положения, которые не были восприняты последующим законодательством. Например, допускалось, что предметом договора о лизинге могут быть имущественные права. В Указе Президент предписывал Правительству, министерствам и ведомствам провести определенные мероприятия, разработать документы и внести предложения по подготовке базы для развития лизинговых отношений в Российской Федерации.

29 июня 1995 года Правительство приняло постановление № 633 "О развитии лизинга в инвестиционной деятельности", утвердившее "Временное положение о лизинге" (далее "Временное положение о лизинге"). Этот нормативный акт положил начало конкретному регулированию лизинговых отношений, поскольку ранее участники лизинговых сделок могли руководствоваться только общими нормами, регулирующими отношения аренды.

Следующим актом, регламентирующим лизинговые отношения, стала вторая часть ГК РФ, вступившая в действие 1 марта 1996 года ГК РФ (договор лизинга описан в параграфе 6 главы 34 "Аренда"). Этот параграф носит название "Финансовая аренда (лизинг) ". Он состоит из шести статей, в которых даны определение договора финансовой аренды, предмета договора, порядок передачи предмета договора, перехода к арендатору риска случайной гибели, ответственности продавца. Данный параграф является новеллой гражданского законодательства. Гражданский кодекс впервые применил термин "финансовая аренда", до этого в нормативных актах и на практике встречалось только понятие "лизинг". В законе эти термины используются как синонимы.

8 февраля 1998 года Президентом Российской Федерации был подписан Федеральный закон № 16-ФЗ "О присоединении Российской Федерации к конвенции УНИДРУА "О международном финансовом лизинге". Данная конвенция разрабатывалась с 1974 года Международным институтом по унификации частного права (UNIDROIT - УНИДРУА). Окончательно ее согласовали в 1988 году на конференции в Оттаве представители 55 государств. Основная цель Конвенции – унификация правового регулирования отношений, возникающих в связи с осуществлением сделок финансового международного лизинга. Предметом регулирования Конвенции о финансовом лизинге являются те лизинговые сделки, при которых лизингодатель и пользователь находятся в разных странах и срок лизинга оборудования приближается к сроку его амортизации. Конвенция трактует классический лизинг, который носит трехсторонний характер: продавец оборудования, лизингодатель и лизингополучатель.

Конвенция о финансовом лизинге создает только общие контуры регулирования международных лизинговых сделок, которые могут дополняться участниками в зависимости от конкретных условий. Участники вправе вообще не применять Конвенцию в целом, а также отступать от тех или иных ее положений, кроме специально оговоренных. Россия присоединилась к Конвенции с заявлением о том, что "вместо положений п. 3 ст. 8 Конвенции она будет применять нормы своего гражданского законодательства". Право на такого рода заявление предусмотрено ст. 20 Конвенции, а его необходимость вызвана тем, что у России несколько по-иному и в целом строже, чем это предусмотрено п. 3 ст. 8 Конвенции о финансовом лизинге, регулируется ответственность лизингодателя в отношении сохранности оборудования, в отношении ответственности перед третьими сторонами за смерть, причинение телесных повреждений или ущерба собственности, причиненных оборудованием, при наличии умысла или неосторожности лизингодателя. Имеется в виду, прежде всего, ст. 401 ГК РФ, которая устанавливает основания ответственности за нарушение обязательств. Сделанным заявлением, по сути, дополнительно ограждаются интересы отечественных лизингополучателей.

В 1998 году был принят Закон о лизинге, который действует в редакции от 26 июля 2006 года и носит название "О финансовой аренде (лизинге)": Федеральный закон от 29 октября 1998 г. №164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (с изменениями от 29 января, 24 декабря 2002 г., 23 декабря 2003 г.).

Вместе с тем, многие положения упомянутого закона вступили в противоречие с ГК РФ. Крайне серьезной проблемой становится вопрос о соотношении норм Закона о лизинге и норм ГК РФ (вопрос верховенства норм): какой из актов применяется в случае возникновения между ними противоречий? Данный вопрос, несмотря на свою простоту, не так легко разрешается на практике, среди хозяйствующих субъектов.

Казалось бы, поскольку Закон о лизинге выступает по отношению к ГК как специальный, он должен иметь перед ГК приоритет согласно известной с римских времен формуле: lex specialis derogat generali (специальный закон отменяет (вытесняет) общий закон). Однако эта формула перечеркнута нормой абз. 2 п. 2 ст. 3 ГК, согласно которой нормы гражданского права, содержащиеся в других законах должны соответствовать ГК. Тем самым нормы ГК признаны обладающими более высокой юридической силой по сравнению с нормами иных гражданских за­конов. Теперь, если следовать ГК, древняя римская формула сохраняет силу только для случаев соотношения между собой двух гражданских законов (кроме ГК) или иных нормативных актов одинаковой юридической силы, со­держащих нормы гражданского права.

Разумеется, если ГК содержит специальное указание о том, что приня­тый в его развитие закон может отступать от правил ГК, абз. 2 п. 2 ст. 3 при­менению не подлежит. Примером такого указания может быть ст. 970 ГК. Однако нормы ГК о лизинге даже не упоминают о возможности принятия ка­кого-либо закона о лизинге. Поэтому в отношении лизинга действуют общие правила ГК. Если бы более высокая юридическая сила ГК была закреплена в Консти­туции РФ, то спор о верховенстве норм не стоял бы вообще. Но ГК признан обладающим более высокой юридической силой лишь в самом ГК, который является обычным законом, таким же, как и дру­гие законы, содержащие нормы гражданского права. Иной была бы ситуа­ция, при которой Конституция РФ относила бы ГК к федеральным конститу­ционным законам. Однако на деле этого нет.

Позиция тех, кто считает, что ГК должен иметь более высокую юридиче­скую силу по сравнению с другими гражданскими законами, проникнута, прежде всего, идеей целесообразности. "Являясь продуктом труда мно­гих цивилистов, ГК  заслуживает того, чтобы иметь приоритет по отношению к другим гражданским законам, которые порой весьма несовершенны, пред­ставляют собой плоды сиюминутных компромиссов между различными по­литическими и финансовыми группировками и потому живут недолго."

Наряду с законодательными актами на регулирование применения лизинга в отдельных отраслях направлено ряд подзаконных нормативных актов. В частности Постановлениями Правительства РФ установлены порядок предоставления государственных гарантий по лизинговым операциям в отдельных отраслях. В качестве примера можно выделить:

  • Постановление Правительства РФ от 27 апреля 1999 г. №467 "О мерах по государственной поддержке лизинга сельскохозяйственной техники и оборудования" (с изм. и доп. от 6 июня 2002 г.);
  • Постановление Правительства РФ от 26 февраля 1999 г. №228 "О лизинге машиностроительной продукции в агропромышленном комплексе Российской Федерации с использованием средств федерального бюджета";

На регулирование лизинговых правоотношений направлены, в том числе, ведомственные акты. Постановлением Правительства РФ от 7 марта 2000 г. №194 определены условия антимонопольного контроля на рынке финансовых услуг и утверждена Методика определения оборота и границ рынка финансовых услуг финансовых организаций.